Апелляционное определение СК по гражданским делам Мурманского областного суда от 12 ноября 2025 г. по делу N 33-2960/2025

Апелляционное определение СК по гражданским делам Мурманского областного суда от 12 ноября 2025 г. по делу N 33-2960/2025

 

Судебная коллегия по гражданским делам Мурманского областного суда в составе:

председательствующего

Захарова А.В.

судей

Алексеевой И.В.

с участием прокурора

Тихоновой Ж.В.

Мунтян Р.В.

при секретаре

Урманчеевой А.А.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело N 2-68/2025 по исковому заявлению Русановой И. Ю. к Государственному областному бюджетному учреждению здравоохранения "Апатитско-Кировская Центральная районная больница", Государственному областному бюджетному учреждению здравоохранения "Мурманская областная станция скорой медицинской помощи", Министерству здравоохранения Мурманской области о взыскании морального вреда

по апелляционной жалобе Русановой И. Ю. на решение Кандалакшского районного суда Мурманской области от _ _

Заслушав доклад судьи Захарова А.В, объяснения представителя Русановой И.Ю. — Соловьева К.В, поддержавшего доводы апелляционной жалобы, возражения относительно доводов жалобы представителя ГОБУЗ "МОССМП" Пустовой Ю.С, заключение прокурора прокуратуры Мурманской области Мунтян Р.В. о законности решения, судебная коллегия по гражданским делам Мурманского областного суда

УСТАНОВИЛА:

Русанова И.Ю. обратилась в суд с иском к ГОБУЗ "Апатитско-Кировская ЦРБ", ГОБУЗ "Мурманская областная станция скорой медицинской помощи" далее также (далее — ГОБУЗ "МОССМП"), Министерству здравоохранения Мурманской области о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате оказания медицинской помощи ненадлежащего качества.

В обоснование иска указано, что приходилась супругой Русанову А.Б, который _ _ по причине плохого самочувствия: *** обратился за оказанием скорой медицинской помощи в ГОБУЗ "МОССМП". При оказании скорой медицинской помощи на дому в… медицинскими работниками ГОБУЗ "МОССМП" было принято решение об эвакуации Русанова А.Б. в ГОБУЗ "Апатитско-Кировская ЦРБ" в связи с появлением незначительных признаков ***.

Во время транспортировки Русанов А.Б. находился в сознании, разговаривал, руки и ноги функционировали, по правой стороне сила сжатия рук соответствовала левой, при этом речь была спутанная. После двух часов нахождения в пути у супруга случился приступ, в течение 20 минут бригада скорой помощи проводила медицинские манипуляции.

По прибытии в приемное отделение ГОБУЗ "Апатитско-Кировская ЦРБ" экстренная помощь Русанову А.Б. не оказывалась. Осмотр осуществлялся двумя врачами в неспешном темпе.

С учетом времени ожидания отправки машины скорой медицинской помощи — не менее двадцати минут, времени следования до ГОБУЗ "Апатитско-Кировская ЦРБ", проведения медицинских манипуляций в пути с остановкой транспортного средства с момента первичного обращения за оказанием медицинской помощи до помещения Русанова А.Б. в палату реанимации прошло более 6 часов.

Считает, что организация медицинской помощи Русанову А.Б. на территории Мурманской области была осуществлена с нарушением целого ряда норм действующего законодательства, что привело к летальному исходу.

Наличие нарушений при оказании медицинской помощи Русанову А.Б. сотрудниками ГОБУЗ "МОССМП" и ГОБУЗ Алатитско-Кировская ЦРБ" подтверждается также экспертными заключениями Мурманского филиала ООО "АлъфаСтрахование-ОМС".

Просила взыскать в свою пользу с ГОБУЗ "Апатитско-Кировская ЦРБ", ГОБУЗ "МОССМП", Министерства здравоохранения Мурманской области компенсацию в счет возмещения морального вреда по 15 000 000 руб. с каждого.

Протокольным определением суда _ _ к участию в деле привлечены в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора: Панкратова А. А, Дорофеева Н. Г, Войнова О. И, Бескровная Е. А, Алексикова П. В, Калашников Ф. П, Полянин М. А, Сафонов Д. А, Долгова Е. Н, Дикий В. Е, Шаблий Р. А, Мельников Д. В, Адилова А. Э, Виняр А. И, Зуев Д. В..

Судом принято решение, которым исковые требования Русановой И.Ю. к ГОБУЗ "Апатитско-Кировская ЦРБ", ГОБУЗ "МОССМП", Министерству здравоохранения Мурманской области о взыскании морального вреда оставлены без удовлетворения.

В апелляционной жалобе Русанова И.Ю, ссылаясь на нарушение норм материального и процессуального права, просит решение отменить, принять по делу новое решение, которым удовлетворить исковые требования в полном объеме.

В обоснование жалобы указывает, что суд первой инстанции не принял во внимание, что в результате ненадлежащего оказания медицинской помощи были нарушены права супруга истицы на своевременную и качественную медицинскую помощь, что привело к его смерти. В том числе указывает на затянувшееся время прибытия и доставки пациента Скорой помощью в стационар больницы и нарушение срока оказания медицинской помощи.

Считает, что суд первой инстанции необоснованно отклонил выводы экспертизы ООО "АльфаСтрахование" и безосновательно отдал предпочтение заключению судебно-медицинской экспертизе, которое, по мнению истца, не содержит совокупность нарушений и их влияния на исход заболевания.

Суд не дал оценки эмоциональным страданиям истицы, вызванным потерей мужа, а также безразличным и грубым отношением медицинского персонала

Указывает, что судом не принято во внимание ходатайство о назначении повторной экспертизы, ссылаясь на то, что суд не дал оценку всем представленным доказательствам по делу, включая медицинскую документацию.

Полагает, что суд также не дал правовой оценки эмоциональным страданиям истца, вызванных потерей супруга и грубым отношением медицинского персонала.

Прокуратурой г. Кандалакши Мурманской области, ГОБУЗ МОССМП, Министерством здравоохранения Мурманской области представлены возражения на апелляционную жалобу.

Судебной коллегией в порядке статьи 44 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации осуществлена замена стороны (процессуальное правопреемство) в связи с реорганизацией ГОБУЗ "Апатитско-Кировская ЦРБ" _ _ путем присоединения к ГОБУЗ "Мурманская областная клиническая больница им. П.И. Баяндина".

В судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились лица, участвующие в деле, в том числе податель жалобы Русанова И.Ю, представители ответчиков ГОБУЗ "МОКБ им. П.А. Баяндина" (ходатайствовал о рассмотрении дела в свое отсутствие), Министерства здравоохранения Мурманской области, третьи лица Панкратова А.А, Дорофеева Н.Г, Войнова О.И, Бескровная Е.А, Алексикова П.В, Калашников Ф.П, Полянин М.А, Сафонов Д.А, Долгова Е.Н, Дикий В.Е, Шаблий Р.А, Мельников Д.В, Адилова А.Э, Виняр А.И, Зуев Д.В, извещенные о времени и месте рассмотрения дела в установленном законом порядке, в том числе с учетом положений статьи 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц, неявка которых в силу частей 3, 5 статьи 167 и части 1 статьи 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием к разбирательству дела.

В соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе и возражениях относительно жалобы.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражения на нее, судебная коллегия приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены решения суда.

Разрешая спор, суд правильно определилхарактер правоотношений между сторонами и закон, подлежащий применению при рассмотрении дела, на основании которого определилкруг обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела по существу, собранным по делу доказательствам дал оценку в их совокупности в соответствии со статьей 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

В пункте 21 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" определено, что качество медицинской помощи — это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Согласно статье 19 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования.

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно статьи 64 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью второй статьи 76 этого федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2 и 3 статьи 98 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих, в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья.

При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода.

На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда.

Согласно пункту 49 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" требования о компенсации морального вреда в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи могут быть заявлены членами семьи такого гражданина, если ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому гражданину лично им (то есть членам семьи) причинены нравственные или физические страдания вследствие нарушения принадлежащих лично им неимущественных прав и нематериальных благ. Моральный вред в указанных случаях может выражаться, в частности, в заболевании, перенесенном в результате нравственных страданий в связи с утратой родственника вследствие некачественного оказания медицинской помощи, переживаниях по поводу недооценки со стороны медицинских работников тяжести его состояния, неправильного установления диагноза заболевания, непринятия всех возможных мер для оказания пациенту необходимой и своевременной помощи, которая могла бы позволить избежать неблагоприятного исхода, переживаниях, обусловленных наблюдением за его страданиями или осознанием того обстоятельства, что близкого человека можно было бы спасти оказанием надлежащей медицинской помощи.

По смыслу приведенных нормативных положений гражданского законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации моральный вред — это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. Необходимыми условиями для возложения обязанности по компенсации морального вреда являются: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда.

При этом законом установлена презумпция вины причинителя вреда, которая предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий — если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Необходимыми условиями для наступления гражданско-правовой ответственности медицинской организации за причиненный при оказании медицинской помощи вред являются: причинение вреда пациенту; противоправность поведения причинителя вреда (нарушение требований законодательства (порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов) действиями (бездействием) медицинской организации (его работников); наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда; вина причинителя вреда — медицинского учреждения или его работников.

Гражданское законодательство предусматривает презумпцию вины причинителя вреда: лицо, причинившее вред, освобождается от обязанности его возмещения, если не докажет, что вред причинен не по его вине. Исключения из этого правила установлены законом, в частности статьей 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации. Наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и причиненным вредом, в том числе моральным, означает, что противоправное поведение причинителя вреда влечет наступление негативных последствий в виде причиненного потерпевшему вреда. При этом закон не содержит указания на характер причинной связи (прямая или косвенная (опосредованная) причинная связь) между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом и не предусматривает в качестве юридически значимой для возложения на причинителя вреда обязанности возместить вред только прямую причинную связь. Характер причинной связи может влиять на размер подлежащего возмещению вреда.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Согласно пунктам 5, 10, 11, 12 Порядка оказания скорой, в том числе скорой специализированной, медицинской помощи, утвержденного приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 20 июня 2013 года N 388н, скорая, в том числе скорая специализированная, медицинская помощь оказывается в экстренной и неотложной формах: в экстренной форме — при внезапных острых заболеваниях, состояниях, обострении хронических заболеваний, представляющих угрозу жизни пациента (в том числе нарушения сознания, дыхания, системы кровообращения, психические расстройства, сопровождающиеся действиями пациента, представляющими непосредственную опасность для него или других лиц, болевой синдром, травмы любой этиологии, отравления, ранения сопровождающиеся кровотечением, представляющим угрозу жизни, или повреждением внутренних органов, термические и химические ожоги, кровотечения любой этиологии, роды, угроза прерывания беременности); в неотложной форме — при внезапных острых заболеваниях, состояниях, обострении хронических заболеваний, требующих срочного медицинского вмешательства, без явных признаков угрозы жизни пациента. В случае поступления вызова скорой медицинской помощи в экстренной форме на вызов направляется ближайшая свободная общепрофильная выездная бригада скорой медицинской помощи или специализированная выездная бригада скорой медицинской помощи. В случае поступления вызова скорой медицинской помощи в неотложной форме направляется ближайшая свободная общепрофильная выездная бригада скорой медицинской помощи при отсутствии: вызовов скорой медицинской помощи в экстренной форме.

В соответствии с пунктом 6 раздела "Правила организации деятельности: выездной бригады медицинской помощи" вышеуказанного Порядка время доезда до пациента выездной бригады скорой медицинской помощи при оказании скорой медицинской помощи в экстренной форме не должно превышать 20 минут с момента ее вызова. В территориальных программах время доезда бригад скорой медицинской помощи может быть обоснованно скорректировано с учетом транспортной доступности, плотности населения, а также климатических и географических особенностей регионов в соответствии с Программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам, медицинской помощи.

В соответствии с пунктом 2.6 Территориальной программы государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи в Мурманской области на 2024 год и на плановый период 2025 и 2026 годов, утвержденной постановлением Правительства Мурманской области от 27 октября 2023 года N 774-ПП (далее также Территориальная программа Мурманской области), скорая, в том числе скорая специализированная, медицинская помощь оказывается гражданам в экстренной или неотложной форме вне медицинской организации, а также в амбулаторных и стационарных условиях при заболеваниях, несчастных случаях, травмах, отравлениях и других состояниях, требующих срочного медицинского вмешательства.

В соответствии с пунктом 4.2, раздела "Предоставление скорой, в том числе скорой специализированной, медицинской помощи" Территориальной программы Мурманской области время доезда до пациента бригад скорой медицинской помощи при оказании скорой медицинской помощи в экстренной форме не должно превышать 20 минут с момента ее вызова.

В соответствии с пунктами 8, 9 Порядка оказания медицинской помощи больным с острыми нарушениями мозгового кровообращения, утвержденного приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 15 ноября 2012 года N 928н, скорая, в том числе скорая специализированная, медицинская помощь больным с острыми нарушениями мозгового кровообращения оказывается в экстренной и неотложной форме вне медицинской организации, а также в стационарных условиях медицинской организации; при оказании скорой медицинской помощи в случае необходимости осуществляется медицинская эвакуация, которая включает в себя санитарно-авиационную и санитарную эвакуацию.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, Русанова И.Ю, _ _ рождения, приходилась Русанову А.Б, _ _ рождения, супругой.

_ _ в *** минут Русанову А.Б. Русановой И.Ю. вызвана бригада скорой медицинской помощи ГОБУЗ "МОССМП" по причине жалоб на *** Русанова А.Б.

Бригадой скорой медицинской помощи * в составе фельдшера Дорофеевой Н.Г. и медсестры Панкратовой А.А. по адресу:.., Русанову А.Б, _ _ была оказана медицинская помощь на дому. Время прибытия бригады скорой медицинской помощи на место вызова — _ _ в *** минуту.

Из карты вызова скорой медицинской помощи * от _ _ следует, что Русанов А.Б. был осмотрен врачом фельдшером, собраны анамнез заболевания и жалобы пациента, при этом установлено наличие жалоб *** Самостоятельно пациент принимал ***). Данное состояние впервые, к врачу давно не обращался. При обследовании общее состояние пациента фельдшером скорой медицинской помощи оценено как средней тяжести, без выраженных нарушений основных витальных функций. При исследовании неврологического у Русанова А.Б. отмечено ***, при этом в личности, времени и месте Русанов А.Б. был ориентирован правильно. На; вопросы отвечал верно, но нечетко, с задержкой, также у пациента выявлено снижение чувствительности и сухожильных рефлексов в правых руке и ноге.

_ _ в *** минут в присутствии бригады скорой медицинской помощи возникло ухудшение состояния Русанова А.Б. в связи с появлением ***. Фельдшером бригады скорой медицинской помощи установлен диагноз " ***". Выполненной электрокардиографией признаков острой коронарной патологии не выявлено. На месте вызова сотрудниками бригады скорой медицинской помощи Русанову А.Б. были выполнены следующие диагностические и лечебные мероприятия: ***

В салон автомобиля скорой медицинской помощи для последующей транспортировки в профильный стационар пациент был перенесен на носилках. Окончание данного вызова — в *** минут _ _.

Впоследствии медицинская эвакуация Русанова А.Б. осуществлялась после смены дежурного персонала (фельдшера и водителя скорой медицинской помощи) на подстанции скорой медицинской помощи.

В соответствии с картой вызова скорой медицинской помощи * ГОБУЗ "МОССМП" медицинская эвакуация пациента Русанова А.Б. в стационар ГОБУЗ "Апатитско-Кировская ЦРБ" продолжена в *** минут _ _ фельдшером Войновой О.И. и медсестрой Панкратовой А.А. На момент транспортировки у Русанова А.Б. отмечались жалобы на ***. При сборе анамнеза фельдшером бригады скорой медицинской помощи установлено, что в течение последних трех дней пациент отмечал *** При физикальном обследовании общее состояние пациента фельдшером скорой медицинской помощи оценено как тяжелое. При исследовании неврологического статуса фельдшером скорой медицинской, помощи у Русанова А.Б. отмечено *** На вопросы отвечает верно, но нечетко, с задержкой, выявлено снижение чувствительности, тонуса мышц и сухожильных рефлексов в правых руке и ноге. В процессе транспортировки состояние Русанова А.Б. ухудшилось: *** Фельдшером скорой медицинской помощи установлен диагноз " ***". В процессе транспортировки бригадой скорой медицинской помощи осуществлялся мониторинг функций органов дыхания и кровообращения пациента. Транспортировка Русанова А.Б. в ГОБУЗ "Апатитско-Кировская ЦРБ" была окончена _ _ в *** минут.

Из пояснений третьих лиц Дорофеевой Н.Г, Войновой О.И, данных в ходе судебного разбирательства, следует, что факт внесения в карты вызова информации получен в ходе осмотра пациента и со слов его супруги. Подробно события _ _ пояснить не смогли в связи с их давностью. Вместе с тем, исключили возможность искажения внесенных в карты сведений.

Из медицинской карты * стационарного больного ГОБУЗ "Апатитско-Кировская ЦРБ" на имя Русанова А.Б. следует, что при поступлении последнего в больницу _ _ он был осмотрен дежурным врачом-терапевтом, при этом состояние пациента было оценено как тяжелое, с нарушением сознания до уровня сопора. При сборе анамнеза установлено, ухудшение состояния в течение 3 дней — нарастает слабость, с 20 часов 00 минут _ _ на фоне повышения *** появились ***, ***. После проведенного физикального обследования дежурным врачом-терапевтом установлен диагноз " ***. Русанов А.Б. госпитализирован в отделение анестезиологии и реанимации. Впоследствии, на протяжении всего периода госпитализации состояние Русанова А.Б. лечащими врачами оценивалось как тяжелое, с нарушением сознания до уровня комы. Русанову А.Б. ***

_ _ в *** минут в результате нарастания *** Русанова А.Б. возникла ***. Проведен комплекс мероприятий ***. В *** минут _ _ констатирована биологическая смерть Русанова А.Б. Лечащим врачом сформулирован заключительный клинический диагноз: *** от _ _. ***

В соответствии с результатами патолого-анатомического вскрытия причиной смерти явился ***. Согласно клинико-патолого-анатомического эпикриза Русанов А.Б. при жизни страдал *** на ***

Основанием для обращения Русановой И.Ю. в суд с настоящим иском явились дефекты, выявленные ООО "АльфаСтрахование-ОМС" в результате проведения мультидисциплинарной внеплановой целевой экспертизы качества медицинской помощи ГОБУЗ "МОССМП" и ГОБУЗ Апатитско-Кировская ЦРБ".

В целях правильного разрешения спора, по ходатайству стороны истца судом была назначена судебно-медицинская экспертиза, производство которой поручено Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Архангельской области "Бюро судебно-медицинской экспертизы" (…

Согласно экспертному заключению * от _ _… анализ карты вызова скорой медицинской помощи * от _ _ свидетельствует о том, что период времени, прошедший с момента принятия вызова до момента направления бригады скорой медицинской помощи на вызов к пациенту Русанову А.Б, составил ***, время доезда бригады скорой медицинской помощи до места вызова — ***. Длительность периода времени ожидания прибытия бригады скорой медицинской помощи с момента обращения в оперативный отдел до прибытия бригады на место вызова составила ***.

В соответствии с вышеприведенными положениями Порядка оказания скорой, в том числе скорой специализированной, медицинской помощи, утвержденного приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 20 июня 2013 года N 388н, Территориальной программы Мурманской области, Порядком оказания медицинской помощи больным с острыми нарушениями мозгового кровообращения, утвержденного приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 15 ноября 2012 года N 928н, экспертная комиссия, с учетом отсутствия явных признаков каких-либо заболеваний, состояний, представлявших угрозу жизни Русанова А.Б, пришла к выводу об обоснованном отнесении медицинским работником ГОБУЗ "МОССМП" вызова скорой медицинской помощи к Русанову А.Б. к категории неотложного, не усмотрев объективных данных о несвоевременном, запоздавшем оказании Русанову А.Б. скорой медицинской помощи _ _ *

По выводам экспертной комиссии с учётом установленного фельдшерами скорой медицинской помощи диагноза *** Русанову А.Б. в данном случае являлась скорейшая доставка пациента в медицинскую организацию, в структуре которой организовано неврологическое отделение для больных с острыми нарушениями мозгового кровообращения (первичное сосудистое отделение). Медицинскую эвакуацию Русанова А.Б. в профильную медицинскую организацию (ГОБУЗ "Апатитско-Кировская ЦРБ"), выполненную бригадой скорой медицинской помощи _ _, экспертная комиссия признала обоснованной.

Ввиду изложенного каких-либо нарушений при анализе сроков, характера и объема медицинской помощи, оказанной Русанову А.Б. _ _ бригадами скорой медицинской помощи ГОБУЗ "МОССМП", судебно- медицинская экспертная комиссия не усмотрела *

***

С учётом выявленных противопоказаний к проведению ***, дежурным врачом-терапевтом было принято правильное решение о консервативном дальнейшем ведении Русанова А.Б. с госпитализацией его в отделение анестезиологии и реанимации. Тактика и объем интенсивной терапии подэкспертного в данном отделении были продиктована стремительным нарастанием очаговой и ***. _ _ для профилактики нарушений проходимости верхних дыхательных путей и санации трахеобронхиального дерева Русанову А.Б. произведена ***, _ _ в связи с нарушениями самостоятельного дыхания подэкспертный переведен ***. _ _ у Русанова А.Б. появились признаки ***, что потребовало подключения инотропной поддержки норадреналином, также у подэкспертного было отмечено ***. _ _ *** в результате нарастания *** у Русанова А.Б. возникла ***. Выполненный в полном объеме комплекс мероприятий *** эффекта не принёс, и в *** _ _ констатирована биологическая смерть Русанова А.Б. Таким образом, интенсивная терапия, проводившаяся подэкспертному в условиях отделения анестезиологии и реанимации, по своему характеру соответствовала установленному клиническому диагнозу, была выполнена своевременно и в полном объёме.

На основании вышеизложенного, судебно-медицинская экспертная комиссия считает необходимым отметить, что процессе оказания медицинской помощи Русанову А.Б. в период _ _ в ГОБУЗ "Апатитско-Кировская ЦГБ" были допущены следующие дефекты:

— неполноценное обследование Русанова А.Б. при его поступлении в больницу — не проведен осмотр врачом-неврологом;

— дефекты ведения медицинской документации (в записях осмотра подэкспертного дежурным врачом-терапевтом не указано время проведения осмотра, не отмечен ***).

Отвечая на вопросы * (1. Какова причина смерти Русанова А. Б, _ _ года рождения? 3. Могли ли допущенные дефекты привести к прогрессированию заболевания, ухудшению состояния здоровья Русанова А. Б, а впоследствии к летальному исходу? 4. Имеется ли причинно-следственная связь между действиями (бездействием) сотрудников ГОБУЗ МОССМП по оказанию медицинской помощи Русанову А. Б. и наступившими последствиями в виде смерти Русанова А.Б.? Если имеется, то какие такие действия (бездействие) и на каком этапе оказания медпомощи привели к смерти? 5. Имеется ли причинно-следственная связь между действиями (бездействием) сотрудников ГОБУЗ "Апатитско-Кировская ЦРБ" по оказанию медицинской помощи Русанову А. Б. и наступившими последствиями в виде смерти Русанова А.Б.? Если имеется, то какие такие действия (бездействие) и на каком этапе оказания медпомощи привели к смерти?), принимая во внимание данные представленной медицинской документации, " ***" *, результаты выполненного в рамках проведения настоящей экспертизы исследования гистологического материала от трупа Русанова А.Б, судебно- медицинская экспертная комиссия приходит к выводу, что причиной смерти Русанова А. Б, _ _ явилось острое нарушение мозгового кровообращения с стенозирующим атеросклерозом и острым тромбозом крупной церебральной артерии, развитием ишемического инфаркта головного мозга в вертебро-базилярном бассейне (стволового инсульта), отека головного мозга и прогрессирующей полиорганной недостаточности.

В соответствии с данными указанных в п.1 выводов клинических рекомендаций, ишемический инфаркт в вертебро-базилярном бассейне, вызванный окклюзией основной (базилярной) артерии (как в рассматриваемом случае с Русановым А.Б.), связан с высокими показателями инвалидизации и летальности больных. При подобной локализации инфаркта головного мозга (в вертебро-базилярном бассейне) даже максимально быстрое проведение внутривенной тромболитической терапии (при отсутствии противопоказаний к ней), равно как и выполнение внутрисосудистых вмешательств (тромбэктомии/тромбэмболэкстракции) не исключают возможность наступления летального исхода ввиду непосредственной тяжести стволового инсульта с локализацией ишемических повреждений в области расположенных в стволе головного мозга центров регуляции жизнеобеспечивающих функций организма. Подобная локализация инфаркта головного мозга обуславливает изначально неблагоприятный прогноз в отношения здоровья и жизни пациента в таких случаях.

С учётом вышеизложенного, экспертная комиссия считает, что 49-минутный интервал времени, прошедший от момента поступления первичного вызова в оперативный отдел подстанции скорой медицинской помощи до момента прибытия бригады скорой медицинской помощи на место вызова к пациенту Русанову А.Б. _ _, равно как неполноценное обследование Русанова А.Б. при его поступлении в ГОБУЗ "Апатитско-Кировская ЦРБ" _ _ не повлияли на течение и исход развившегося у подэкспертного стволового инсульта.

Судебно-медицинская экспертная комиссия считает, что неблагоприятный исход в виде наступления смерти Русанова А.Б. был обусловлен, в первую очередь, непосредственной тяжестью самого стволового инсульта, явившейся противопоказанием к проведению тромболитической терапии, а также стремительным нарастанием очаговой и общемозговой неврологической симптоматики и быстро прогрессировавшими расстройствами витальных функций организма, резистентными к проводимой в полном объеме мероприятиям интенсивной терапии.

Неполноценное обследование Русанова А.Б. в виде отсутствия осмотра врачом-неврологом при поступлении подэксппертного в ГОБУЗ "Апатитско-Кировская ЦРБ" сами по себе не могли привести к прогрессированию имевшегося у Русанова А.Б. заболевания, ухудшению состояния его здоровья и не изменили течение стволового инсульта, развивавшегося по своему закономерному патогенетическому сценарию и приведшего к смерти Русанова А.Б.

На основании всего вышеизложенного судебно-медицинская экспертная комиссия не усмотрела ни прямой, ни косвенной причинно-следственной связи между вышеуказанными дефектами, имевшими место в процессе оказания медицинской помощи Русанову А.Б, и наступлением его смерти (*

Разрешая спор и применяя положения статей 56, 79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции, в том числе с учетом заключения судебной экспертизы пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований в связи с недоказанностью факта оказания медицинских услуг ненадлежащего качества, в том числе нарушения сроков, характера и объема медицинской помощи, оказанной Русанову А.Б. и последующего лечения.

Не соглашаясь с выводами судебной экспертизы, истец ссылалась на нарушение со стороны бригады скорой медицинской помощи времени доезда до ГОБУЗ "Апатитско-Кировская ЦРБ", а также полагает необоснованным необходимость госпитализации супруга в данное медицинское учреждение при непосредственной близости ГОБУЗ "Кандалакшская ЦРБ".

Однако, как верно указал суд первой инстанции указанные доводы истца являлись предметом изучения и оценки комиссией судебных экспертов и не нашли своего подтверждения.

Доводы истца о виновных действиях врачей, которые выразились в ненадлежащем оказании медицинской помощи, чем были нарушены права супруга истицы на своевременную и качественную медицинскую помощь, что привело к его смерти, в том числе, со ссылкой на затянувшееся время прибытия и доставки пациента, как верно указал суд, опровергаются заключением судебно-медицинской экспертизы от _ _, согласно которому каких-либо нарушений при анализе сроков бригадами скорой медицинской помощи ГОБУЗ "МОССМП", судебно-медицинская экспертная комиссия не усмотрела, объективных данных о несвоевременном, запоздавшем оказании Русанову А.Б. скорой медицинской помощи _ _ судом не установлено.

В подтверждение верной квалификации формы вызова скорой медицинской помощи стороной ответчика ГОБУЗ "МОССМП" в материалы дела представлена стенограмма аудиозаписи вызова от _ _ к пациенту Русанову А.Б, ее содержание свидетельствует об отсутствии оснований оказания скорой медицинской помощи в экстренной форме, исходя из критериев, установленных Порядком оказания скорой, в том числе скорой специализированной, медицинской помощи, утвержденным приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от _ _ *н.

Кроме того, как следует из абзаца 2 раздела Регламента маршрутизации и оказания медицинской помощи пациентам с острыми нарушениями мозгового кровообращения в Мурманской области, утвержденного приказом Министерства здравоохранения Мурманской области от _ _ * (далее также Регламент) транспортировка больных с подозрением на острое нарушение мозгового кровообращения (далее также ОНМК) производится в соответствии с утвержденной маршрутизацией и зонами ответственности в первичные сосудистые отделения или региональный сосудистый центр. Согласно пункту 4 Приложения 1 к Регламенту для пациентов Кандалакшского района определено первичное сосудистое отделение в ГОБУЗ "Апатитско-Кировская ЦРБ". Таким образом, с учетом установленного Русанову А.Б. диагноза работниками ГОБУЗ "МОССМП" — ОНМК, работники скорой медицинской помощи действовали в соответствии с установленным регламентом и в данном случае нарушений с их стороны судом правомерно не установлено.

При этом из медицинской документации следует, что Русанову А.Б. при поступлении в ГОБУЗ "Апатитско-Кировская ЦРБ" установлены клинические признаки тяжелого инсульта, в связи с чем в соответствии с клиническими рекомендациями " *** ему была противопоказана тромболитическая терапия. С учетом тяжести состояния здоровья Русанова А.Б. экспертами дана также оценка действиям работников ГОБУЗ "Апатитско-Кировская ЦРБ" о невозможности транспортировки Русанова А.Б. в региональный сосудистый центр третьего уровня.

Заключение экспертов содержит мотивированные ответы относительно тех суждений, которые приводил истец. Оснований сомневаться в правильности заключения судебной экспертизы * у суда не имелось, не имеется таких оснований и у судебной коллегии.

Экспертное заключение * от _ _ в полной мере отвечает требованиям статей 55, 59, 60, 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, выполнено с учетом установленных по делу обстоятельств, содержит подробное описание исследований материалов дела и медицинской документации, обоснованные ответы и выводы на поставленные вопросы; эксперты имеют соответствующее образование и квалификацию, предупреждены об уголовной ответственности; доказательства, указывающие на недостоверность проведенной экспертизы либо ставящие под сомнение её выводы, суду не представлены.

Само по себе несогласие с выводами судебной экспертизы не свидетельствует о несостоятельности экспертного заключения.

Пунктом 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 года N 23 "О судебном решении" разъяснено, что заключение эксперта, равно как и другие доказательства по делу, не являются исключительными средствами доказывания и должны оцениваться в совокупности со всеми имеющимися в деле доказательствами (статья 67, часть 3 статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

В ходе оценки представленных суду доказательств, изучения медицинской документации и материалов дела, пояснений сторон и третьих лиц (медицинских работников), суд обоснованно не усмотрел какой-либо неполноты и противоречивости в заключении судебной экспертизы, проведённой Государственным бюджетным учреждением здравоохранения Архангельской области "Бюро судебно-медицинской экспертизы", которая отвечает принципам полноты и всесторонности, и судом правомерно взято заключение судебной экспертизы за основу принимаемого решения.

При этом правомерно отвергнуто заключение ООО "АльфаСтрахование-ОМС" в результате проведения мультидисциплинарной внеплановой целевой экспертизы качества медицинской помощи ГОБУЗ "МОССМП" и ГОБУЗ Апатитско-Кировская ЦРБ", на котором истец основывала свои исковые требования, поскольку экспертами ГОБУЗ Архангельской области "Бюро судебно-медицинской экспертизы" сделаны мотивированные и обоснованные выводы о необоснованности дефектов оказания медицинской помощи, указанных в данном заключении по линии ОМС.

Кроме того, суд обоснованно принял во внимание, что выводы экспертов Государственного областного бюджетного учреждения здравоохранения "Областное Мурманское бюро судебно-медицинской экспертизы" в заключении * от _ _, выполненном на основании постановления следователя СО по… СУ СК РФ по… (*) полностью согласуются с выводами проведенной по настоящему гражданскому делу судебной экспертизы.

Так, экспертной комиссией установлено, что с учетом выявленных дефектов оказания медицинской помощи Русанову А.Б, принимая во внимание причины его смерти — *** которая обуславливает изначально неблагоприятный прогноз в отношения здоровья и жизни пациента в таких случаях, что ***минутный интервал времени, прошедший от момента поступления скорой медицинской помощи до момента прибытия бригады скорой медицинской помощи на место вызова к пациенту Русанову А.Б. _ _, равно как неполноценное обследование Русанова А.Б. при его поступлении в ГОБУЗ "Апатитско-Кировская ЦРБ" (непроведение осмотра врачом-неврологом) не повлияли на течение и исход развывшегося у Русанова А.Б. стволового инсульта и не могли привести к прогрессированию имевшегося у Русанова А.Б. заболевания, ухудшению состояния его здоровья и не изменили течение стволового инсульта, развивавшегося по своему закономерному патогенетическому сценарию и приведшего к смерти Русанова А.Б.

Таким образом, неблагоприятный исход в виде наступления смерти Русанова А.Б. был обусловлен непосредственной тяжестью самого стволового инсульта, явившейся противопоказанием к проведению ***, а также стремительным ***

При поступлении Русанова А.Б. в приемное отделение Апатитско-Кировской ЦРБ он был осмотрен дежурным врачом-терапевтом и с учетом правильно выставленного диагноза — ***, даже в отсутствие осмотра врачом-неврологом был тут же переведен в отделение анестезиологии и реаниматологии, где ему был проведен соответствующий комплекс мероприятий. Осмотр врача-невролога на следующий день не изменил ни тяжести состояния пациента, обусловленной самим характером заболевания, ни тактики назначенного лечения. Тот факт что в записях осмотра подэкспертного дежурным врачом-терапевтом не указано время проведения осмотра, не отмечен правосторонний гемипарез, относится к процедуре заполнения медицинской документации и также не повлекло никаких негативных последствий ни для самого пациента, ни для его родственников (в данном случае супруги).

Таким образом, в отсутствие как прямой, так и косвенной причинно- следственной связи между установленными в ходе проведения судебно-медицинской экспертизы дефектами, имевшими место в процессе оказания медицинской помощи Русанову А.Б, и наступлением его смерти исковые требования не подлежали удовлетворению.

Принимая во внимание, что неблагоприятные последствия наступили не вследствие оказания медицинской помощи ненадлежащего качества, необходимость экстренной госпитализации Русанова А.Б. на момент оказания ему скорой медицинской помощи отсутствовала, в Апатитско-Кировской ЦРБ ему было назначено правильное лечение, вместе с тем, именно тяжесть заболевания Русанова А.Б. привела к летальному исходу, дефекты в виде нарушения интервала осмотра врачом-неврологом и в заполнении медицинской документации не способствовали ухудшению состояния здоровья Русанова А.Б. и не повлекли неблагоприятный исход в виде смерти, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии оснований для взыскания компенсации морального вреда с медицинских учреждений в пользу истца.

Несогласие истца с выводами экспертов, изложенными в заключении ГОБУЗ "Архангельской области "Бюро судебно-медицинской экспертизы" * от _ _, равно как и несогласие заявителя с произведенной судом первой инстанции оценкой судебно-медицинского заключения, и иных доказательств, представленных сторонами, с выводами суда, не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки и не является основанием для пересмотра судебного акта судом апелляционной инстанции.

Суд первой инстанции, оценивая доводы истца о том, что необоснованно отклонены выводы экспертизы ООО "АльфаСтрахование", содержащих совокупность нарушений, которые могли бы повлиять на исход заболевания Русанова А.Б. принял во внимание заключение комиссии экспертов * от _ _, согласно которому тактика и объем интенсивной терапии Русанова А.Б. врачами ГОБУЗ "Апатитско-Кировская ЦРБ" признана комиссией экспертов обоснованной ввиду ***. Проведенные мероприятия по консервативному лечению и ведению Русанова А.Б. с госпитализацией его в отделение анестезиологии и реанимации также признаны своевременными, полными и соответствующими установленному клиническому диагнозу.

Судебная экспертиза проведена в порядке ст. 79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, заключение экспертов выполнено в соответствии с требованиями ст. 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом предоставленных материалов дела, в том числе медицинских документов, экспертиза проведена в соответствии с требованиями Федерального закона от 31 мая 2001 г. N 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации", эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Сами по себе доводы о несогласии с экспертным заключением при том, что нарушений при проведении судебно-медицинской экспертизы допущено не было, не могут служить основанием для признания заключения недопустимым доказательством. В данном случае оценка представленных сторонами доказательств находится в правовом поле и относится к компетенции суда и обоснованных возражений по представленным доказательствам истец не представил.

Оснований сомневаться в правильности заключения судебной экспертизы у суда апелляционной инстанции не имеется.

Рецензия на заключение судебно-медицинской экспертизы не представлена стороной истца ни суду первой, ни суду апелляционной инстанции.

Ходатайство представителя истца о назначении по делу повторной судебно-медицинской экспертизы оставлено судебной коллегией без удовлетворения, так как не установлено оснований сомневаться в правильности или обоснованности ранее данного заключения (ч.2 ст.87 ГПК РФ).

Судебная коллегия отклоняет повторяющийся довод апеллянта, основанные на обнаруженных ООО "АлъфаСтрахование-ОМС" дефектах в ходе проведения мультидисциплинарной экспертизы качества медицинской помощи, поскольку по результатам судебно-медицинской экспертизы установленные нарушения в работе медицинских учреждений не повлияли на негативный исход оказанной пациенту Русанову А.Б. медицинской помощи. В данном случае, как установлено судом и подтверждается представленным в материалы дела доказательствами, причиной смерти Русанова А.Б. явилась *** ***

Учитывая фактические обстоятельства по делу, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу об отсутствии причинно-следственной связи между некачественно оказанной медицинской помощью со стороны ответчиков и смертью супруга истца — Русанова А.Б, в связи с чем основания для взыскания компенсации морального вреда отсутствуют.

Доводы апелляционной жалобы не свидетельствуют о нарушении судом норм материального и процессуального права и не содержат ссылок на обстоятельства, которые не были исследованы судом и имели значение для правильного разрешения спора либо опровергали выводы суда, аналогичны доводам, которые были предметом проверки в суде первой инстанции и получили надлежащую правовую оценку в решении, по существу направлены на переоценку выводов суда и установленных обстоятельств дела, в связи с чем не могут служить основанием для отмены решения.

Доводы апелляционной жалобы о том что суд не дал оценки эмоциональным страданиям истицы, вызванным потерей мужа, а также безразличным и грубым отношением медицинского персонала, несостоятельны, поскольку таких обстоятельств по делу не установлено, а эмоциональное состояние истицы закономерно было вызвано самим фактом помещения супруга в медицинское учреждение и последующей его смертью.

При таких обстоятельствах оснований к отмене постановленного по делу решения не имеется.

Нарушений судом норм процессуального права, которые в соответствии с частью 4 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации являются безусловным основанием для отмены решения, судом первой инстанции не допущено.

При таком положении судебная коллегия находит постановленное решение суда законным и обоснованным, оснований, предусмотренных статьей 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, к отмене решения суда, в том числе и по мотивам, приведенным в апелляционной жалобе, не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Мурманского областного суда

определила:

решение Кандалакшского районного суда Мурманской области от _ _ оставить без изменения, апелляционную жалобу Русановой И. Ю. — без удовлетворения.

 

Председательствующий

 

Судьи