Миллионные счета за экстренную помощь: почему случай в клинике «Хадасса» − не частная история, а угроза пациентам

В мае 2025 года в клинику «Хадасса Медикал Лтд» доставили пациента в критическом состоянии, требующем экстренной помощи: с дыхательной недостаточностью, высокой температурой и угрозой для жизни. В первые сутки его перевели в реанимацию, где без согласования с ним или его близкими назначили многочисленные анализы и процедуры. Как выяснилось при обращении за экспертизой случая лечения, показаний для этих вмешательств не было. А потом за несколько дней лечения родственникам пациента выставили счет на два с половиной миллиона рублей. Что было дальше, разбор и экспертные комментарии – в новом материале. Подробности дела от первоисточника: интересы семьи пациента представляют медицинский адвокат, к. ю. н. Полина Габай и «Факультет медицинского права».

Потрудитесь внести

Часть суммы, почти 950 тыс. рублей, родственники оплатили в первые двое суток госпитализации. Остальное клиника потребовала доплатить. Когда семья отказалась, пациента перевели в государственную больницу, где он умер в тот же день.

Юридический и медицинский анализ показали, что большая часть помощи носила экстренный характер и брать за нее деньги с семьи пациента было нельзя.

Огромный и незаконный счет не был единственным нарушением: помощь пациенту оказали с грубыми дефектами диагностики и лечения, которые повлияли на летальный исход.

«Использовались неверные параметры ИВЛ, что вызвало алкалоз и усугубило сердечную недостаточность; применялась неэффективная вазопрессорная тактика при кардиогенном шоке; переливание крови при критической анемии проведено с опозданием; продолжалось введение гепарина при тяжёлой гипокоагуляции. Отдельно стоит отметить, что часть назначенных и проведенных медицинских услуг не имела клинической ценности, была назначена без медицинских показаний и не влияла на исход лечения».

О «втором счастье»

После смерти пациента родственники обратились в клинику и попросили вернуть незаконно полученные средства. «Хадасса» не только отказала, но еще и потребовала оплатить «задолженность».

Тогда родственники пациента обратились к адвокату Полине Габай и независимому медицинскому эксперту, которые исследовали медицинские документы, подтвердили и выявили весь масштаб нарушений. На повторную претензию, содержащую подробное правовое обоснование, клиника ответила формальной отпиской и предложила погасить требуемую сумму в рассрочку.

В настоящее время по инициативе родственников умершего пациента готовятся обращения в правоохранительные органы о проведении проверки на наличие в действиях руководства клиники и медработников составов преступлений, предусмотренных ст. 159 УК РФ (мошенничество) и ст. 109 УК РФ (причинение смерти по неосторожности).

Правовая сторона вопроса, или о подмене бесплатного платным

Почему речь идет о мошенничестве? Во-первых, мошенничество как форма хищения — это неправомерное безвозмездное изъятие чужого имущества (примечание 1 к ст. 158 УК РФ).

Специфический способ мошенничества — обман, и состоит он либо в сознательном сообщении заведомо недостоверных сведений, либо в умолчании об истинных фактах.

Иными словами, если клиника требует деньги за экстренную помощь (ЭМП), сознательно умалчивает и не разъясняет пациенту (или его родственникам, как в нашем случае), что он может получить данную медпомощь бесплатно, такие действия могут быть расценены как мошенничество.

Поэтому пациент вправе отказаться от оплаты таких медуслуг или потребовать возврата средств, а попытка взыскать деньги может рассматриваться как покушение на мошенничество.

В экстренной ситуации человек не способен выразить свою волю, поэтому законодатель разрешил осуществлять необходимое экстренное медицинское вмешательство без согласия пациента, в том числе, на основании решения консилиума врачей (п. 1 ч. 9, п. 1 ч. 10 ст. 20 ФЗ № 323). Именно из-за того, что воля пациента не выражена, взимать плату нельзя.

Если бы подобного запрета не существовало, любому пациенту в критическом состоянии можно было бы назначить практически неограниченный объем вмешательств и после этого потребовать оплату на миллионы. Так открылся бы прямой путь к злоупотреблениям — именно их государство и стремится исключить, закрепив бесплатность ЭМП.

Частная клиника оказывает экстренную помощь не бесплатно – государство компенсирует ей деньги за это:

• согласно ч. 10 ст. 83 ФЗ № 323 расходы, связанные с оказанием гражданам бесплатной медицинской помощи в экстренной форме, в т.ч. частной медорганизациией, подлежат возмещению в порядке и в размерах, установленных программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи;
• в п. 28 Правил № 736 также установлено, что при предоставлении платных медуслуг расходы, связанные с оказанием гражданам медицинской помощи в экстренной форме, возмещаются медорганизациям в порядке и размерах, которые установлены органами государственной власти субъектов России в рамках территориальных программ в соответствии с п. 10 ч. 2 ст. 81 ФЗ № 323;
• судебная практика также подтверждает, что частным медорганизациям, оказавшим пациентам экстренную помощь бесплатно, средства за такую помощь компенсируются.

Другое дело, что получить деньги по тарифу не так интересно, как по своему прейскуранту.

Миллионы за…вывеску

Клиника «Хадасса Медикал Лтд» позиционирует себя как «центр израильской медицины в России», обещая лечение по международным стандартам от израильских и российских врачей с мировым опытом. На сайте заявлено о работе иностранных специалистов, применении зарубежных препаратов и протоколов. Однако прямые параллели с израильской «Хадассой» проводить не стоит.

Московская «Хадасса» работает по обычным российским лицензиям: на медицинскую деятельность, на оборот наркотических и психотропных веществ и на фармацевтическую деятельность. Иными словами, клиника обязана соблюдать те же нормы, что и любая другая медорганизация в России — лечить по отечественным клиническим рекомендациям, выполнять требования к образованию персонала, санитарные правила, порядки оказания медпомощи и так далее.

Формально «Хадасса» — единственный участник международного медицинского кластера (ММК). Федеральный закон от 29.06.2015 № 160-ФЗ о ММК (ФЗ № 160) даёт право использовать зарегистрированные в государствах-членах Организации экономического сотрудничества и развития лекарства. Однако в реальности это почти невозможно, поскольку регулирование остается рамочным, нет подзаконных актов, а коллизия Федеральным законом от 12.04.2010 № 61-ФЗ «Об обращении лекарственных средств» запрещает хранение, передачу и уничтожение незарегистрированных в РФ препаратов. Ранее Росздравнадзор подтверждал, что фактическое применение таких препаратов заблокировано.

Заявленные преференции кластера существуют только на бумаге, а деятельность «Хадассы» ничем не отличается от работы обычной частной клиники. Доля действительно израильских врачей в штате невелика, их визиты в Москву эпизодичны, а «израильский компонент» зачастую ограничивается платными онлайн-консультациями.

Кроме того, есть судебная практика, подтверждающая недобросовестность «Хадасса»: клиника вводила пациентов в заблуждение, размещая на сайте недостоверные сведения о наличии иностранного образования и сертификатов у врача, который в действительности обучался и получал разрешительные документы в России.

Эксперты называют такую модель в первую очередь маркетинговой: «де факто» это российская медицина по израильским ценам.

Маркетинговый образ «израильской медицины» создает иллюзию применения уникальных методик и работы ведущих иностранных специалистов. На деле клиника действует по стандартной российской лицензии, использует те же подходы, что и другие медорганизации, а закон о ММК не реализован в полной мере. В итоге пациенты платят миллионы за помощь, которую могли бы получить бесплатно.

«Следует подчеркнуть: родственники осознавали, что обращаются в платную клинику, и выбрали «Хадассу», поскольку она позиционирует себя как одну из лучших в стране. Цель обращения состояла в том, чтобы обеспечить тяжело больному онкологией человеку максимально качественное лечение и стабилизировать его состояние. Родственники были готовы платить − это подтверждается оплаченным счетом на сумму 944 642 рублей.

Однако уже в первые сутки пациент был переведён в ОРИТ, где без согласования с ним или его близкими назначались дополнительные анализы и процедуры в большом объеме. Общая сумма за семь дней такого «лечения» составила почти 2,5 млн рублей (примерно 346 тыс. рублей в день).

Между тем согласно Правилам № 736, любая платная медуслуга и ее стоимость должны быть согласованы с пациентом. Если же речь идет об экстренной помощи, взимание платы за неё недопустимо. Несмотря на это, клиника заявила, что оказанные в ОРИТ услуги не были экстренными и поэтому подлежали оплате.

Фактические обстоятельства — пребывание пациента в реанимации, тяжесть его состояния и последующая смерть — указывают на обратное: большая часть оказанной помощи носила именно экстренный характер.

Экстренная помощь всегда предоставляется бесплатно, в том числе частными организациями. Для клиник существует механизм компенсации её стоимости через государственные системы финансирования: он может быть несовершенным, но эти сложности не могут перекладываться на пациентов.

Таким образом, взимание платы за экстренную помощь, оказанную пациенту в ОРИТ, категорически незаконно. Медицинская организация обязана была проинформировать родных, что у пациента есть право на получение экстренной помощи бесплатно. И, если по каким-то причинам в «Хадасса» не могли оказать её в полном объёме — родным следовало незамедлительно предложить перевод пациента в государственное медучреждение, где эта помощь гарантирована: в Москве государственная медицинская инфраструктура находится на очень высоком уровне. В городе созданы современные стационары, способные оказывать высокотехнологичную помощь совершенно бесплатно.

Выставление многомиллионного счета в подобной ситуации нарушает базовые правовые гарантии и превращает трагическое положение пациента и семьи в инструмент извлечения дохода. Это не только этическая, но и правовая проблема, требующая внимания контролирующих органов.

Когда пациент находится в отделении реанимации и интенсивной терапии, то медицинская помощь заведомо направлена на спасение жизни, то есть носит экстренный характер. В числе таких экстренных процедур: коронарография с последующим стентированием коронарной артерии, выполненная по поводу развившегося у пациента в процессе лечения в клинике острого инфаркта миокарда, колоноскопия, выполненную в «Хадасса» по поводу желудочно-кишечного кровотечения, развившегося на фоне применения высоких доз гепарина и другие.

Не первый факт

Случай с родственником нашего доверителя − не частный спор, а вопрос защиты прав всех пациентов.

Грань между экстренной и иными формами медицинской помощи уже не первый год становится предметом судебных разбирательств.

Например, суд отказал во взыскании с пациента стоимости лечения при остром желудочно-кишечном кровотечении: вся оказанная помощь — от момента поступления до стабилизации состояния — имела экстренный характер и должна предоставляться бесплатно.

В центре громкого дела оказалась клиника «24/7» − врачи и владелец были осуждены в 2023 г. за проведение платных медицинских вмешательств «экстренной» пациентке, которую надлежало лечить в другом медучреждении, но ее оставили, чтобы не лишиться дохода.

Детали разные, а суть одна − использование беспомощности людей в критической ситуации.

Именно поэтому необходимы системные меры для пресечения подмены бесплатных экстренных услуг платными и назначения ненужных процедур.

Какие? Например, формирование четкой практики правоприменения, на которую могли бы ориентироваться и контрольные, и правоохранительные органы: если всем будет понятно, что за подобные нарушения клинику оштрафуют, а руководитель отправится отбывать реальный срок (один или в компании подчиненных), то и соблазнов вести себя подобным образом станет меньше.